Версия для слабовидящих+7 (4862) 76-16-39

Любви прекрасная звезда

Иван Тургенев. Инсценировка И.В. Михеичевой

Харьковская публика настояла на повторении ее бенифисного спектакля, и 4 ноября 1881 года Евлампия Кадмина снова играла заглавную роль в пьесе «Василиса Мелентьева» А.Н.Островского и С.А.Гудюнова. Это были первые успешные драматические сезоны звезды императорских оперных сцен, еще недавно выступавшей в итальянской опере. Талантливая ученица Н.Г.Рубинштейна и П.И.Чайковского, кстати, композитор был с нею очень дружен и посвятил ей романс «Страшная минута».

Гордая, болезненно самолюбивая, огненная, неистовая, — такой вспоминают Кадмину современники, считавшие актрису гениальной. Ей было 28, когда она сама оборвала свой сценический и жизненный путь. В антракте того спектакля она приняла яд. Несчастная любовь подтолкнула ее к этому безумному шагу. Похороны актрисы стали народными, а трагическая судьба легендой.

«Кто знает, — размышляет Тургенев в одной из своих таинственных повестей, — сколько каждый из живущих на земле оставляет семян, которым суждено взойти только после смерти...», и словно предсказал еще один загадочный поворот этой судьбы — молодой петербургский ученый Аленицын, любитель музыки и поэзии, который прежде не знал Кадмину лично, полюбил ее после смерти. Его странное чувство было огромным, необъяснимым.

Тургенев один раз слушал Кадмину в опере, запомнил ее очень выразительное лицо, а с Аленицыным был знаком. Писателя заинтересовало все происшедшее, он делал знать больше, настойчиво расспрашивал друзей о подробностях. Особенно занимала его история посмертной влюбленности, он усмотрел в этом примечательный психологический факт.

В августе 1882 года в Буживале Тургенев, мучимый болями, обреченный на неподвижность, писал прозу «довольно странного свойства». М.Г.Савина обещала ему доставить фотографию певицы, но в этом уже не было нужды — повесть он закончил. Говорил потом, что все, его поразившее в истории с Кадминой, послужило лишь толчком, что биография героини Клары Милич у него вымышлена, как и ее отношение к Аратову, типу, «сохранившемуся в моей памяти еще со времен молодости».

В январе 1883 г. повесть «После смерти» напечатана в «Вестнике Европы», правда, по настоянию редактора, который счел название слишком мрачным, переименована в «Клару Милич». Автор был недоволен, но согласился. Этой публикацией начинался последний год его жизни. Тяжко больной и страдающий человек создал поэтическую изящную повесть о любви, которая сильнее смерти и страха смерти и которой «держится и движется жизнь», Она завершает его таинственную прозу. Так сам Тургенев называл фантастические произведения о судьбе человека во Вселенной, о тайнах его души и сердца, о непостижимом воздействии на людей непознанных сил, скрытых внутри них и в Природе, о загадках психики. «Тайны человеческой жизни велики, — говорил он, — а любовь — самая недоступная их этих тайн».

...Случайная, казалось бы, встреча на литературном утре 25-летнего Якова Аратова, застенчивого, замкнутого, сосредоточенного в себе, почти отшельника, с молодой актрисой вызвала в его душе тревогу и неясное волнение. После трагической гибели Клары в нем растет неосознанное прежде чувство. Он вдруг понял, какого счастья он лишился. Мучается угрызениями совести, раскаянием и гибельной невозможностью что-либо исправить, вернуть ее с того счета. Он возвращает Клару в своих снах, видениях, ночных кошмарах, непостижимым образом общается с нею. Ему открывается иной мир, куда она неодолимо манит его. Торжествующая власть Клары над ним делается огромной, он счастлив от сознания этого духовного плена.

Тургенев так виртуозно сближает миры — обыденный и ирреальный, сон и явь. И всему фантастическому вроде бы есть объяснение, а может, и нет. Такая зыбкая, тревожащая двойственность, в которую легко верится. Причем, верится с наслаждением в эту невидимую грань между таинственным, сверхъестественным и реальной жизнью. И жутко и странно и при этом все Объяснимо, если ты даже нуждаешься в толковании, почему на устах мертвого Якова застыла блаженная улыбка счастья, а в ладони зажата прядь черных волос Клары.

Повесть «После смерти» — блестящий род психологической фантастики. Она вся полна страстной верой в жизнь за гробом.

Непросто воспроизвести на сцене мистику судьбы, пульсирующую живую связь обыденного и потустороннего, темные силы, на которых построена жизнь, передать тургеневское ощущение мира как тайны, мистический аромат его прозы, когда вдруг ощущаешь холодок необъяснимого, волны иного, вечного.

Вероятно, поэтому повесть почти не имеет сценической истории. В 1907 г. А.Д.Кастальским, учеником П.И.Чайковского, была сочинена опера «Клара Милич», в 1916 г. поставлена в Московском оперном театра Зимина. Успеха не имела. И вот в ноябре 2005 г., в канун 187-ой годовщины со дня рождения писателя в его театральном Доме создана первая сценическая версия прощальной повести писателя. Постановщик заслуженный деятель искусств Б.Н.Голубицкий назвал ее строкой из стихотворения молодого Тургенева — «Любви прекрасная звезда». Спектакль идет без антракта. Это воля автора. Иван Сергеевич был против деления повести даже при чтении: «Она должна быть прочитана сразу. Я не могу допустить, чтобы ее разделили».

Оригинально и не совсем привычно игровое пространство спектакля. И не потому только, что зрители располагаются прямо на сцене и действие происходит рядом, около, среди них, у рампы, которая не отделяет, как обычно, зрителей от актеров, а, напротив, объединяет и уходит туда, за рампу, в зал, как в иные миры, открывая новые игровые площадки.

Продолжительность спектакля – 1 ч. 25 мин.