Версия для слабовидящих+7 (4862) 76-16-39
06 августа 2020

Музей истории орловской сцены в Орловском драматическом театре распахнул свои двери для публики 9 сентября 1993 года, в день рождения И.С. Тургенева.

Неповторимое очарование

— Музей задумывался и создавался как музей-­театр. Его концепция изначально была оригинальной и в тоже время простой: создать экспозицию с «живой» сценой, на которой будут идти спектакли по произведениям писателей-­орловцев, ставших классиками мировой литературы, — рассказывает руководитель музея Алексей Костяков.

В центре музейного зала действительно находится миниатюрная сцена, где проходят моноспектакли и постановки, в которых не предусмотрен антракт, и зрительный зал на 40 мест. Впрочем, для зрителей из них отведено всего 39. Последнее же, сороковое кресло, лишь кажется всегда свободным. На самом деле оно занято навеки.

— Художник Татьяна Блинова создала для этой сцены уникальный занавес с изображением Парнаса, Аполлона и девяти Муз. Такой занавес, согласно воспоминаниям современников, в 1815 году, украшал сцену театра графа Каменского, — продолжает руководитель музея. — Что же касается сорокового кресла, оно навсегда принадлежит незримо присутствующему на каждом спектакле основателю театра — графу Каменскому.

Особую гордость и трепет у посетителей музея-­театра вызывает расположенная вплотную к сцене грим-­уборная — настоящий памятник крепостной актрисе Козьминой (Кузьминой).

— Говорили, что граф Каменский был так восхищен талантом чужой крепостной актрисы, что пожелал выкупить ее, но помещик, которому принадлежала Кузьмина, поставил условие: либо всю труппу, в состав которой она входила, либо никого. Граф Каменский согласился, не раздумывая, — рассказывает Алексей Иванович.

Сейчас музей временно закрыт, и причиной тому не только пандемия, но и ремонт, который Костяков мечтает закончить как можно скорее. Пока же он формирует небольшие экспозиции, которые представляет в фойе.

Это страшное слово «война»

Особое место в экспозиции музея отведено воспоминаниям о Великой Отечественной войне. Труппу Орловского драматического театра летом 1941 года она застала на гастролях в Чернигове.

— Три десятки человек были вынуждены бросить сложнейшие, бесценные для театра декорации, и забрав с собой костюмы и реквизит, который можно было нести на себе или погрузить в телегу, двинулись домой. Добирались долго и тяжело, значительную часть пути прошли пешком, — повествует Алексей Костяков.

В Орле привычной жизни тоже пришел конец. Часть служителей театра ушли на фронт. Несколько десятков человек, молодых артистов и мэтров сцены, эвакуировали на Урал.

— Магнитогорск и Челябинск уже были переполнены находившимися в эвакуации людьми, и мы попали в город Златоуст. За время эвакуации артистами было сыграно 558 спектаклей, которые посмотрели 286 тысяч зрителей, дано без малого две тысячи шефских концертов. Театр награжден переходящим Красным знаменем Челябинского облисполкома и обкома ВКП(б), — говорит руководитель музея.

Театр работал на самоокупаемости. Помимо спектаклей и концертов, оркестр из 14 музыкантов играл на организованных аукционах, лотереях и вечерах танцев. Заработанные деньги направляли в фонд обороны, осиротевшим детям, заводам, строившим танки и самолеты. Театр регулярно выезжал в части и госпитали Уральского военного округа.

«Слова любви немеют при разлуке»

С этой цитаты из Шекспира в Орловском театре имени И.С. Тургенева начинают рассказывать еще одну историю, неразрывно связанную с войной. История эта о любви молодой актрисы Анны Николаевой и красавца-­военного, поэта­-песенника Алексея Фатьянова.

В 1937 году юная Анна пришла на прослушивание в театральную студию при орловском театре. Сама поступать не собиралась, сопровождала подругу. Однако во время экзамена на скромную и красивую девушку обратили внимание и попросили прочитать то, что она знает наизусть. Так Анна Николаева попала в орловский театр, в котором прослужила десять лет.

В 1940 году тогда еще начинающий поэт, впоследствии прославившийся песням «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат» и «На солнечной поляночке» Алексей Фатьянов, приехал в Орел из Владимирской области в качестве режиссера­-постановщика ансамбля красноармейской песни и пляски Орловского военного округа.

— Ей было 18 лет, ему 22, и она с первого взгляда покорила его сердце, — рассказывает с улыбкой Алексей Костяков.

Счастье молодых людей разбила война. Николаева отправилась с театром в эвакуацию, и Алексей пришел рано утром к вагону, чтобы проводить ее.

— Он подарил ей желтую с синими краями фиалку, — продолжает Алексей Иванович. — Те, кто при этом присутствовал, потом рассказывали, что влюбленные даже не плакали — верили, что расстаются ненадолго, однако в следующий раз им довелось увидеться лишь на Урале. Ансамбль красноармейской песни приехал на фронтовые гастроли, и Фатьянов отпросился на один день, чтобы съездить к возлюбленной...

Война, да и просто жизнь, диктовавшая свои правила, не пощадили чувства молодых людей. Алексей очутился в Москве, а вернувшейся в Орел Анне нужно было устраивать свою судьбу. После памятной встречи в эвакуации Николаева видела своего поэта всего один раз — приехала к нему в Москву в 1944 году — попрощаться и объясниться, прежде чем выйти замуж за редактора «Орловской правды» Ивана Батова.

Брак этот не сложился, и после Батова Анна выходила замуж еще трижды. Она много играла в театре, снималась в кино, в 1972 году стала народной артисткой Украины. Николаева прожила 81 год и до конца своих дней хранила в записной книжке высушенную желтую с синими краями фиалку.

Попрощавшись с Анной, Фатьянов тоже женился, но его супруга Галина очень рано осталась вдовой — Алексей прожил всего 40 лет.

Источник: Орловская городская газета